Российская нация и её национальная идея

От Редакции

Не так давно, по инициативе Президента РФ появилась идея законопроекта о российской нации. Что это будет? Какое место будет отведено титульным этносам, населяющим Россию, и каким образом предполагается достичь гармонизации? Всё это станет известно 1 августа 2017 года. А до этого момента предполагается всесторонняя разработка проблемы, чтобы сделать законопроект максимально продуманным и учитывающим интересы всех сторон.

Инициатива вполне понятна и даже необходима для страны, претендующей на мировое геополитическое влияние. Определение единой нации с различными оберегаемыми внутри страны этносами (по аналогии с тем же Азербайджаном, который, в свою очередь, переформатировал модель СССР с советской нацией) позволят приблизиться к решению межнациональных конфликтов и уменьшить внутриполитическую напряженность.

Любая попытка объединить людей под одним брендом наталкивается на одну и ту же проблему – отсутствие на официальном уровне четко декларируемой национальной идеи. Именно этот вопрос необходимо решить в первую очередь и использовать идеологию как точку опоры для законодательных инициатив.

Этот текст был написан в ноябре, декабре 2003 года и январе, феврале и марте 2004 года. В своем аналитическим  эссе авторы пытались нащупать параметры той самой, желанной национальной идеи, которой как им тогда казалось так не хватало российскому государству и обществу. В ближайшее время авторы попытаются опубликовать эссе с анализом своих предположений и реальной российской действительности. Также ждем комментариев этого текста от читателей Правдия!

Об авторах: Сергей Хрущев – кандидат географических наук, ученик Льва Гумилева, идеолог пассионарной теории этногенеза, специалист по малым народам Севера.

Роман Амбурцев – президент ЦСЭГИ. Начальник отдела Международного института мониторинга развития демократии и соблюдения избирательных прав граждан-государств участников МПА СНГ.

 

Истоки национальной идеи.

 

Присутствует глубокое убеждение, что национальная идея не похожа, а скорее противоположна любым гениальным открытиям. Это не теория относительности, не открытие атома, не полет в космос. Она может и должна следовать из всей исторической, культурной, духовной жизни страны и населяющих ее народов. Она не может быть заимствована у других государств и культур, так как это, в первую очередь, означает включение нас в чужое духовное и культурное, а затем и политическое  пространство, потерю национальной идентичности. Природа идеи России должна быть исключительно национальна, она должна гармонизировать отношения между отдельными группами (национальными, территориальными, экономическими, политическими, социальными) внутри страны.

 

Сильный президент.

Единственным реально существующим, действенным элементом национальной идеи России на сегодняшний момент является сильный институт президентской власти и популярный президент. Именно он в определенной степени консолидирует и сплачивает общество вокруг себя, именно ему мы обязаны значительным преобладанием в российских регионах центростремительных тенденций над центробежными.

Сильный институт президентства был, как известно, создан в России при предыдущем руководстве по Конституции 1993 года (конституция страны напомнила многим Французскую конституцию 1958 года, принятую при генерале Де Голле), в первую очередь для упрочнения политических позиций президента Ельцина в его борьбе с оппозицией внутри страны. Она отразила как черты, присущие историческому моменту (1993 год, напомним, прошел под знаком активных выступлений коммунистических сил, разгона парламента и расстрела Белого дома), так и черты личности самого Ельцина как жесткого и властолюбивого политика. При новом президенте, который пока не столкнулся с противодействием в российском обществе, институт президента приобрел новые черты. В первую очередь, они отразили ожидания россиян, что во главе страны встанет сильный политик, яркая личность, полностью противоположная предыдущему президенту, включили в себя традиционную для русского человека веру в «доброго царя», и в конечном итоге, стали главным элементом стихийно формирующейся национальной идеи. Этим и можно объяснить высокий рейтинг президента Путина при общем критическом отношении к проводимому в стране экономическому и политическому курсу. Получается, что президент как бы находится выше остального бюрократического аппарата, действия которого не связаны в сознании общества с личностью президента.

 

Враги/соперники вне страны.

 

Для углубления степени консолидации общества, упрочнении связей между ним и государством, и, как результат, более успешного развития последнего, безусловно, возможно осознание, поиск или создание образов (кому как угодно) врагов/соперники страны, находящихся за пределами государства. Этот феномен не чужд многим странам мира, именно в рамках него можно рассматривать угрозу, исходящую от мирового терроризма и «стран-изгоев» (Иран, Северная Корея) для Соединенных Штатов, Китайско-Японские противоречия, антиамериканские и антиисламские настроения многих государств.

Заметим, что в данном случае нам видится достаточно большое различие между понятиями враг и соперник. Враг стремится уничтожить или ослабить страну максимально доступными ему силами, соперник же решает свои локальные политические задачи и на каком-то новом этапе может превратиться в союзника.

Для России, в настоящий момент, в данном контексте, актуальны международный терроризм (который, правда выглядит достаточно абстрактно и неубедительно в качестве врага), антигосударственная позиция ряда российских бизнесменов, живущих заграницей (они многими уже и воспринимаются как враги), а также определенные разногласия во взглядах с сильными державами на общее геополитическое устройство мира и конкретные внешнеполитические проблемы, особенно касающиеся организации соседского постсоветского пространства. Именно вмешательство каких-либо стран или их группировок в дела ближайших соседей России, в область ее геополитических интересов и ответственности и может упрочить и окончательно цементировать их восприятие российским обществом и политической элитой как врагов страны и ввести их в этом качестве как элемент национальной идеи России.

Хочется, однако, отметить, что при всей возможной краткосрочной полезности образ одного или нескольких врагов не решает основной  массы проблем стоящих перед страной, а в ряде случаев и отвлекает от их решения. Главным и необходимым условием является отсутствие врагов внутри государства, а в случае их наличия необходимо усиление негативного образа и вытеснение врага за пределы России.

 

Преодоление безгосударственности и безвеличия.

 

Размеры территории и природное богатство нашей страны, история и традиции живущих в ней народов, образовательный и  интеллектуальный потенциал населения обязывают Россию быть сильным государством и занимать достойное место в мировой политической системе.

Государственность и величие страны должно обеспечиваться ее внутренним единством; высоким международным статусом и авторитетом политических лидеров; активностью внешней политики; обороноспособностью, адекватной существующим угрозам; безопасностью границ и вниманием, уделяемым соотечественникам заграницей.

Внутреннее единство России исторически и географически основывается на соблюдении двух взаимообусловленных принципов – наличие жестко выстроенной вертикали власти и сохранении ее территориальной целостности. «Прозрачные» границы с Казахстаном, Украиной и Закавказьем осложняют осуществление государственного суверенитета на всей территории страны, приводят к невозможности достижения политической, социально-экономической и военной безопасности на приграничном пространстве. Соответственно жизненно важной становится скорейшая делимитация, демаркация и установление режима охраны государственных границ России.

В эпоху глобализации мир не становится более стабильным, наоборот, к давно существующим угрозам постоянно добавляются новые. Следовательно, возрастает значение вооруженных сил, их место и роль в сохранении национальной безопасности страны, которое требует усиление внимания к армии и ее проблемам со стороны общества и государства. Стране необходим реальный военный бюджет и оборонный заказ, достаточное кадровое комплектование воинских частей, сама профессия военного должна вновь стать престижной.

Величие государства напрямую зависит и от положения соотечественников заграницей, соблюдение их политических, социальных и культурных прав, уважение к ним со стороны местного населения. Россия, устранившаяся от этой проблемы после дезинтеграции СССР, понесла огромный моральный урон как на международной арене, так и в глазах представителей российских народов, ставших в одночасье иностранцами.

Только активная и независимая внешняя политика государства на международной арене, не замыкающаяся в пределах локального региона, а имеющая интересы и приоритеты по всему миру, может обеспечить статус «великой державы», авторитетного посредника и арбитра в решении спорных и конфликтных вопросов. Важную роль в этом процессе играет личная харизма политических лидеров страны в мировом сообществе.

 

Экономика. Богатство народа.

 

Экономические цели не в состоянии заменить национальную идею, однако без устойчивого и динамичного экономического базиса реализация национальной идеи не возможна.

Соответственно необходимо кардинально изменить целеполагание развития российской экономики.

Во первых, от олигархического капитализма, ориентации экономики на обслуживание интересов замкнутой малочисленной группы лиц, перейти к подлинно демократической модели, которая позволяла бы населению активно участвовать в экономической деятельности как через предпринимательство, так и через формирование устойчивого массового платежеспособного спроса. Необходимо отказаться от безгосударственной либеральной экономической модели и перейти к активному участию государства в экономической жизни страны.

Государство должно вернуться в базовые, обеспечивающие экономическую независимость страны отрасли, активнее использовать бюджетные механизмы, в части перераспределения средств необходимых для развития различных секторов и отраслей. Объемы бюджета должны соответствовать реальным масштабам экономики России, что становиться возможным только при легализации теневого сектора.

Необходимо трансформировать место страны в международном разделении труда. Нужно уйти от положения ресурсной периферии и диверсифицировать экономическую деятельность, однако возвращение от сырьевой к обрабатывающей экономике, которая уже была создана в СССР, не является конечным решением проблемы преодоления экономической отсталости России от стран-лидеров. Однако без этого принципа догоняющего развития невозможен качественный скачок в постиндустриальную экономику, связанный с развитием информационных секторов. Наукоемкость, производительность труда и рентабельность обрабатывающих отраслей неизмеримо выше, чем у добывающих, и поэтому они могут сформировать более высокий и устойчивый спрос на информационные технологии.

Невостребованным до сих пор остается уникальное географическое и геополитическое положение России, которое могло бы реализовано через формирование глобального коммутационного центра (территории, которая обеспечивала бы глобальные транзитные коридоры между Америкой и Евразией, Европой и Азией).

Российская экономика в рамках предлагаемой концепции национальной идеи должно буквально соответствовать понятию народное хозяйство, то есть быть ориентированной на потребности всех слоев населения.

 

Национальная и интернациональная составляющая.

 

Самой сложной проблемой, с которой мы сталкиваемся при формировании понятия национальной идеи, является определение ее как национальной или интернациональной. С одной стороны, признавая, что Россия является государством многонациональным, мы должны заняться поиском лозунгов, которые были бы понятны всем гражданам Российской Федерации, вне зависимости от их национальной или религиозной принадлежности. С другой стороны, сложно не учитывать, что Россия в подавляющем большинстве своем является страной русской (около 80% по последней переписи населения) и преимущественно православной. Также необходимо принять во внимание тот факт, что любая интернациональная идея значительно менее устойчива и быстрее распадается на отдельный части, чем идея национальная. Это особенно ярко было видно на примере распада Советского Союза, когда при ослаблении государственного аппарата, который являлся главным проводником коммунистической идеологии, в различных частях страны стали возникать конфликты между различными народами, которые до этого были объединены единым понятием «советский человек».

Границы национальной идеи.

 

Национальная идея для нынешней России должна быть четко определена в пространстве. Это необходимо для концентрации усилий и ресурсов нации на определенной территории, которая может быть либо равна современной территории нашего государства либо несколько превосходить ее в границах.

На настоящий момент могут быть предложены три возможных варианта.

  1. Ограничение в пределах Российской Федерации. Это самый простой и приемлемый вариант, когда усилия государства и общества направлены на развитие экономической, политической и социальной сфер жизни страны. Опасность такой модели заключается в интравертности и историческом противоречии саму опыту развития России, в то время как большинство существующих национальных идей (США, Китай, Европа) направлены на расширение территории и сферы влияния на другие государства.
  2. Национальная идея ограничена территорией государства и регионами расселения русского этноса за его пределами, то есть включает в себя Северный Казахстан, Восточную Украину и Белоруссию. Таким образом, мы имеем модель «собирания» раздробленного русского народа на единой территории. Тут важно отметить, что в первую очередь, имеется ввиду не политическая экспансия, а всестороннее экономическое, социальное и культурное сотрудничество с этими территориями, установление и развитие гуманитарных связей. Особую роль в рамках этой модели будут иметь структуры гражданского общества, с помощью которых и возможно возникновение данного надгосударственного пространства.
  3. Национальная идея в пределах территории бывшего Советского Союза. Исторически это самая понятная и самая эффективная модель возвращения «государства, которое мы потеряли». Элементы данной стратегии присутствуют в современной российской внешней политике, однако в 90-х годах ХХ века на постсоветском пространстве оформились сильные национальные элиты со своими специфическими интересами, устойчиво противодействующие любой деятельности в данном направлении. Особую роль в этом случае могли бы играть экономические субъекты, в первую очередь, крупные российские компании, ведущие эффективную деятельность на территории наших ближайших соседей.

Возможен и четвертый смешанный вариант, когда политически национальная идея будет ограничиваться территорией своего государства, культурно – распространяться на территории расселения русского и других крупных этносов за его пределами, экономически – на постсоветское пространство. С одной стороны, эта  приемлемая и эффективная модель, с другой – реализовать ее практически невозможно.

 

Духовность

 

Национальная идея должна опираться на определенные духовные и моральные принципы и иметь в своем основании систему нравственных устоев. Она не должна отрицать тот духовный опыт, который накоплен предыдущими поколениями государства, для которого она формируется. Проще говоря, она должна быть не только фундаментальна,  но и религиозна.  Однако здесь следует ввести несколько ограничений. Во-первых, религиозность не должна быть фанатичной. Так, догмы новообразованных  или экзальтированных сект вряд ли подходят для духовных основ национальной идеи. Следовательно, они должны находится внутри традиционных для данного государства религиозных систем. Во-вторых, религиозность в рамках национальной  идеи должна иметь свои пределы. Сфера деятельности церкви и государства, несомненно, во многом сходятся, но никогда не совпадут.

В России национальная идея должна основываться на православной этике, морали, мировоззрении и учитывать интересы других конфессий.

 

Сколько еще можно ждать?

 

Интеллектуальный поиск национальной идеи не может быть бесконечно растянут во времени. В будущем нашей страны есть определенная временная точка, к которой этот процесс должен быть завершен. Точка эта прослеживается в ряде сфер жизни государства. В политике она наступает в конце второго срока президентства В.В. Путина в 2008 году, когда мы столкнемся с обычной для России проблемой законной прижизненной передачи власти, которая, как показывает история страны, трудноосуществима. В международных отношениях можно ожидать усиления активности наших соседей, успешно решающих внутренние проблемы и наращивающих потенциал для реализации своих интересов и распространения влияния на другие государства. Проще говоря, никто не будет дожидаться того момента, пока Россия выйдет из кризисного состояния и восстановит статус великой державы в международных делах. В экономике эта точка зависит от показателей изношенности основного капитала и элементов инфраструктуры, наличия разведанных нефтяных запасов (по современным прогнозам их хватит еще на двадцать лет) и потерей конкурентного преимущества уникальных разработок сделанных в 70-80х годах. В социальной сфере она началась с момента вступления к 2010 году в трудоспособный и демографически активный возраст малочисленного поколения, родившегося после 1991 года, при одновременном повышении числа пенсионеров.

Период нестабильности и потрясений в истории российского суперэтноса, начавшийся в начале XIX века близится к концу. Продолжением его может стать либо период устойчивого и стабильного развития, основанного на реализации накопленных цивилизационных ценностей подобного тому в котором находиться современная Европа, либо период политической анархии и распада, похожего на эпоху «солдатских императоров» Древнего Рима.

Ответом на перечисленные вызовы должна стать национальная идея, как парадигма путей развития российской цивилизации в сложный для нее исторический период. Ее своевременная разработка и реализация должна предшествовать момент, когда объективно сложившиеся  катастрофические процессы в эволюции страны приведут к ее разрушению.

 

Последний комментарий.

 

Национальная идея для современного российского общества и государства – не пустая абстракция, академическая блажь или политиканский манифест. Это идейный механизм, определяющий пути посткризисного развития России. В месте с тем, национальную идею нельзя свести к ее отдельным, хотя и понятным (удвоение ВВП – удвоение доходов) или звонким (конкурентоспособность от дворника до правительства) лозунгам – она должна стать системой взаимосвязанных и взаимообусловленных ценностных установок, стратегий, мероприятий и действий, где каждый компонент не может быть реализован отдельно в отрыве от системы.

Соответственно, только целостное восприятие национальной идеи, без выхолащивания отдельных компонентов, может сделать ее функционально дееспособной, полезной для личности, общества, государства.

 

  • Иван Алексеевич

    Сначала не заметил про то, что текст 2003-2004 года, до того как прочитал про Путина и его второй срок.
    Это к тому, что ничего не изменилось.
    То ли у нас застой с поиском национальной идеи, то мы все решили что нашли ее в президенте и расслабились. Но президент не вечен, а национальной идее хорошо бы пройти через века, жду следующего текста от авторов, желательно о том, что нам с этим делать и поможет ли новый законопроект (о российской нации) как-то интуитивно к этой идее прийти, хотя я согласен с начальным абзацем и редакцией в том, что такие жизнеутверждающие постулаты, как идеология необходимо декларировать на официальном уровне, и хорошо бы это сделал тот же Путин, который пока пользуется в стране непререкаемым авторитетом.