Донецкий бизнес. Кто решает судьбу Донбасса

Donbiz

Эксклюзивный материал об украинских бизнес элитах в Донбассе, их интересах, роли и влиянии на социально-политические процессы в регионе от вице-президента ЦСЭГИ и главного редактора PRAVDIY.COM  Александра Минина. 


Вопрос соблюдения «Минских соглашений» и политического разрешения конфликта является одним из основных на мировой повестке дня. Однако, зачастую, кровопролитие и нестабильная обстановка на Украине преподносится как противостояние двух сторон – Киевских властей и властей самопровозглашенных Донецкой и Луганской народных республик. Такой подход не способен в полной мере отразить сложность проходящих там социально-политических процессов.

В этой статье мы решили сконцентрироваться на одной из самых мало освещаемых сторон конфликта, чьи экономические интересы и влияние способны как оказать ощутимую поддержку силам, заинтересованным в мирном решении проблемы, так и наоборот, усугубить положение.

Донецкий бизнес

На юго-востоке Украины на данный момент существует два полюса концентрации бизнес интересов – это группа компаний «Систем Кэпитал Менеджмент» (СКМ) Рината Ахметова (принадлежит 100% акций) и финансово-промышленная группа «Приват» Игоря Коломойского. Остальные влиятельные бизнесмены, так или иначе, относятся к тому или другому полюсу. В данном случае это Геннадий Боголюбов – 3-й богатейший человек Украины по версии Forbes и куратор банковского сектора в группе «Приват»; Виктор Пинчук – связан общим предприятием с Ахметовым по приватизации, а затем по реприватизации Криворожстали; Вадим Новинский (двойное гражданство России и Украины) – владелец блокирующего пакета акций компании «Метинвест» (входит в группу СКМ), партнер Ахметова.

Весомая доля промышленного бизнеса Рината Ахметова сосредоточена, главным образом на территории Донецкой и Луганской областей. Здесь находится крупнейшая в стране компания «Метинвест», агрохолдинг HarvEast и многие другие. Однако  активы СКМ распространены значительно шире обозначенных территорий. В частности это и явилось причиной неоднозначной позиции Ахметова во время вооруженных столкновений.
Несколько слов о Корпорации «Индустриальный Союз Донбасса» (далее ИСД), для дальнейшего понимания хитросплетений бизнес интересов. 49% акций ИСД принадлежат крупному бизнесмену и бывшему Председателю Донецкой областной государственной администрации Сергею Таруте. Контрольный пакет акций ИСД принадлежит пулу российских инвесторов, в числе которых Александр Катунин (основатель «Евраз»). Сергей Тарута известен как спонсор Юлии Тимошенко и ныне занимается политической деятельностью. Несмотря на 49% акций ИСД Тарута не пользуется влиянием, которым располагает Ахметов на территории Донецкой области.

Конфликт интересов

Истоки конфликта с группой «Приват» вероятно появились после Оранжевой революции, когда часть приватизированных предприятий была национализирована и перепродана политическими конкурентами креатуры Ахметова – Януковича. Группе «Приват» тогда не удалось заполучить крупнейшее металлургическое предприятие Украины – «Криворожсталь». Основа промышленного бизнеса Коломойского до сих пор расположена в Днепропетровской области и в период правления Виктора Ющенко, позиции группы «Приват» только укрепились.

После начала волнений в Киеве и свержения Виктора Януковича, Ахметов решил занять выжидательную позицию. Он всячески отрицал какие бы то ни было связи с сепаратистами, и высказывался за целостность Украины. Одной из акций Ахметова было развешивание баннеров «За Единую Украину», которые тут же срывались оппозиционно настроенными протестующими. Однако не вставал полностью на сторону киевской власти, ведя неоднократные переговоры с лидерами ополчения, достоверно известно о его связях с лидером батальона Восток Алексанром Ходаковским. На сайте СКМ до сих пор функционирует гуманитарный штаб фонда Рината Ахметова.

Бизнесмен был открытым сторонником федерализации и большей автономии для Донбасса. Однако рассредоточенные активы и вероятность сближения с ЕС, выход на который позволит Ахметову превратить СКМ в транснациональную корпорацию заставляет олигарха занимать гибкую позицию в отношении принятия той или другой стороны. Подобное замешательство открыло дорогу давним противникам Ахметова, самым влиятельным из которых, является Игорь Коломойский, активно лоббирующий идею конфискации имущества сторонников сепаратизма. Серьезным ударом по предприятиям Ахметова стали обстрелы территории Донецкой области, в результате которых остановили работу 4 завода с общей стоимостью активов в $2,5 млрд. долларов (приблизительно  9 часть всех активов СКМ).

Шаткое положение бизнеса в Донецке усугубляется неподконтрольными властям бандформированиями, самое влиятельное из которых – «Правый Сектор», перебазировалось из Киева в Днепропетровск – местоположение ряда компаний группы «Приват». В данном случае это идеальное место, чтобы контролировать работу донецких предприятий и оказывать давление на самого Ахметова.

Металлургическое производство требует больших затрат пресной воды. В среднем, для производства 1 тонны металла необходимо около 3 тонн (в зависимости от содержания железа) руды, 1,1 тонны кокса, 20 тонн воды. Для выплавки 1 тонны чугуна затрачивается от 25 до 30 кубометров воды.

В Донецкой области нет относительно крупных рек. Добыча угля привела к истощению подземных вод. В целях обеспечения промышленности Донецкой области пресной водой был построен канал Северский Донец — Донбасс, который начинается у Райгородка. Сам канал составляет в длину 132 км и подаёт 600 млн. м3 воды в год.

Для компенсации водозабора выше по течению Донца был сооружён канал Днепр — Донбасс (начинается в Днепродзержинском вдхр., Днепропетровская обл.), соединяющий Днепр с Северским Донцом через русло реки Берека. Насосные станции канала «Днепр-Донбасс» поднимают до 125 кубометров воды в секунду на высоту 63 метра.

По сути, частные охранные предприятия Коломойского и Правый сектор в случае радикализации обстановки или эскалации боевых действий имеют возможность перекрыть доступ предприятий Ахметова к пресной воде, что опустошит местные водохранилища и вызовет резкое падение акций СКМ.

Это противоборство «подпитывается» также международным вмешательством. В 2010 году ряд компаний, таких как Exxon Mobil и Shell (а следом и Chevron) получают лицензии на разработку месторождений сланцевого газа. Вместе с этим сын Джо Байдена – Роберт Хантер Байден входит в совет директоров Burisma Holdings – крупнейшей частной газодобывающей компании в Украине. Подобный интерес американских партнеров к разработкам сланцевых месторождений (основные из которых расположены на территории Донецкой области) угрожал подорвать влияние Ахметова в регионе. Вероятно, это и стало причиной решения оказывать косвенную поддержку ополчению.

С октября 2014, когда нефть марки Brent пересекла отметку в 100 долларов за баррель и начала обваливаться, добыча сланцевого газа перестала приносить выгоду, а американские компании постепенно закрыли свои представительства в Восточной Европе.

 

Возможное влияние на политический процесс

В сложившейся ситуации Ринат Ахметов, занимая гибкую позицию и продолжая руководить промышленностью региона (за время боевых действий мощности предприятий не снижались более чем на 15-20%) все равно остается самым влиятельным человеком в Донецкой и Луганской областях. И, вероятно некоторые киевские и российские силы рассматривают его как компромиссную фигуру, способную урегулировать ситуацию.

В середине марта 2016 года Александр Захарченко заявил, что назначение Рината Ахметова и Юрия Бойко на Донбасс “не вписывается” в Минский формат и то, что на Донбассе произошла деолигархизация. Так лидер ДНР отреагировал на новость о якобы разговоре Администрации президента Украины с бизнесменом и назначении последнего главой «оккупированных» территорий.

В данном случае мы рассматриваем заявление Захарченко как популизм, а новость о назначении Ахметова уловкой киевских властей с целью подорвать общественное доверие к лидерам республик.

Ахметову нет необходимости лично занимать пост главы. Имея давний опыт продвижения лояльных политиков, таких как Виктор Янукович, Ахметов еще до вооруженного конфликта продвигал другого кандидата – Максима Лещенко. В данный момент он занимает пост главы администрации Захарченко. Но по утверждениям бывших приближенных большинство законодательных актов, лоббируемых ополченцами, не проходят без одобрения Лещенко, в частности акт о признании раненых ополченцев ветеранами, с ранениями в результате боевых действий (сейчас они квалифицируются как бытовые). Стоит отметить, что ни в одном санкционном списке, в которых присутствуют Порошенко, Коломойский и так далее, ни разу не звучала фамилия Ахметова.

Так или иначе, бизнес СКМ и других донецких предприятий находится в тесной связке с соседними регионами, поэтому Москве стоит усилить контакты с местным бизнес-сообществом и в частности с лидерами СКМ, так как они более всего заинтересованы в безопасности своих активов и располагают влиянием, способным переломить конфронтационный тренд в межрегиональных отношениях и проллобировать наиболее выгодные условия существования Донецкой и Луганской областей.

Если вам понравился материал, Вы можете поблагодарить Редакцию и автора, переведя символическую сумму