Шарли (или эра Новой Европы)

Charlie

Что такое Новая Европа? Место средоточия демократии, свободы и гуманизма. Это мультикультурализм и толерантность в высшей степени их проявления, где (в шутку, конечно) самым беззащитным является белый человек нормальной ориентации. Все эти клише сидят глубоко в сознании тех, кто с реалиями Новой Европы не очень-то знаком. Но недавние события холодным душем окатили всех, кто «знакомиться» не хотел.

Межэтнические конфликты и проблемы с мигрантами не новость для русских, и все же, в отличие от некоторых европейских городов, в той же Москве нет шариатских кварталов и исламского патруля. И даже в такой ситуации высшие чины европейских стран пытаются не акцентировать внимание на межнациональных проблемах, разве что Дэвид Кэмерон во время лондонских беспорядков в 2011 заявил о провале политики мультикультурализма, но качественного изменения и перехода к национальной политике не последовало.
Созданные бомбы замедленного действия в каждой из стран рано или поздно детонируют, как это случилось несколько дней назад, в Париже.

Нападение на редакцию журнала, известного своими провокационными карикатурами было ожидаемо – потасовки и преступления на религиозной почве чуть ли не ежедневно происходят в том же Париже, но, это нападение было неожиданно спланированным. В этом не осталось сомнений, после того, как появилось время проанализировать все произошедшее в офисе главной редакции Charlie Hebdo, а именно – слаженное действие террористов, быстрая отработка целей в помещении и такой же продуманный, и быстрый отход. Импровизация почти отсутствовала, если не учитывать казнь полицейского, оказавшегося рядом с редакцией. Преступников смогли загнать в здание типографии только через день, при том, что для их поисков была поднята вся парижская полиция и туда же, спецрейсами прилетели 850 сотрудников антитеррористических подразделений. Более того, в машине братьев Куаши, оставленной ими в нескольких км от места преступления, были будто бы специально оставлены их документы и религиозная литература – они явно рассчитывали умереть мучениками и придать произошедшему как можно больше огласки. В день штурма типографии, где находились братья Куаши с заложниками (9 января) карта Парижа стала картой горячих точек, ведь помимо стрельбы у Эйфелевой башни, захвата и убийства четырех заложников в магазине кошерной еды в районе Порт-де-Венсен (штурм провели слишком поздно), сирийца, грозившегося взорвать поезд, на исламский террор решились ответить – неизвестными были подорваны гранаты у Парижской мечети.

Французские власти в едином порыве объявили произошедшее неприемлемым посягательством на свободу слова и незыблемые права, гарантируемые и оберегаемые Пятой Республикой. Мы не будем вдаваться в морализм, как это делает французское правительство и рассуждать на тему косвенной виновности самой редакции, публиковавшей провокационные и, нередко, оскорбительные карикатуры. С нашей точки зрения здесь, как и везде, и всегда в подобных случаях имело место преступление против главного человеческого права – права на жизнь. Вместе Жаком Кабю и Филиппом Оноре (карикатуристы) были убиты полицейский Ахмед Мерабе и литератор Мустафа Уррад. Для терроризма нет национальностей и вероисповеданий, они появляются только в интерпретации политиков, и заявления президента Франции и его администрации, явно демонстрируют, что они ничему не учатся.

Что касается геополитических результатов терактов в Европе, а есть все основания полагать, что Париж – это только начало, то они отразились, прежде всего, на стабильности континента в целом. Теперь можно с уверенностью сказать, что спокойных и безопасных мест в Евразии нет. Кому это выгодно – догадаться не сложно, если вспомнить, для чего и кем были созданы практически все (кроме Хезболлы, созданной при поддержке Ирана) крупные радикальные исламские организации от Братьев Мусульман до ИГИЛ. Также есть все основания полагать, что эти акции призваны подорвать двустороннее сотрудничество заработавшего с 1 января Евразийского эк. союза и ЕС (сообщения о соответствующих предложениях утекли в СМИ накануне).

Но возвращаясь к основной теме, Когда национальная политика не регулируется сверху, ее меняют снизу. Практически всегда кроваво и радикально. В ответ на исламские патрули и шариатские кварталы в европейских мегаполисах, появляются молодежные организации самообороны националистической направленности, такие как движение за французскую идентичность.
Единственным выходом для Франции не довести собственных граждан до самоорганизации в националистические группировки, это начать планомерное изменение законодательства и перейти к рассмотрению национально ориентированных постулатов. Вместо этого, партию “Национальный фронт” Марин Ле Пен отстраняют от участия в Марше Единства, при том, что партия имеет 25% голосов на выборах в парламент. Нынешнее французское правительство не то что не способно, но и, по всей видимости, не имеет представления о том, как сохранить Францию французской, поэтому нынешняя ситуация как нельзя лучше подходит для консолидации национальных движений под началом Ле Пен, чья победа на выборах означала бы перелом во всей Европейской политике со времен Шарля де Голля.

А пока, с книжных полок Парижа раскупают “Мечеть Парижской Богоматери”.

Расскажите о нас:

Если вам понравился материал, Вы можете поблагодарить Редакцию и автора, переведя символическую сумму